Почти человек

В мастерской пахнет стружкой и старой краской. Пальме стоит у окна, деревянные пальцы сжимают край занавески, а в соседней комнате угасает женщина. Мастер собрал его, чтобы она не оставалась одна. Когда её не стало, кукла замерла. Просто перестала двигаться. Дни сменялись ночами, пыль ложилась на плечи, и никто не приходил.

Потом на пороге появилась Корам. Незнакомка говорит о святилище Тамас, просит отнести туда одну вещь. Пальме смотрит на её лицо и путает с той, кого больше нет. Соглашается сразу. Дорога оказывается длинной, и на ней кукле приходится делать выбор там, где человек бы давно сдался. Он ошибается. Привязывается. Злится так, что трещат суставы. А Корам что-то недоговаривает, и её молчание тяжелее любого груза.

Чем дальше они идут, тем меньше в Пальме остаётся дерева. Граница стирается так тихо, что уже не разберёшь, где заканчивается механизм и начинается кто-то живой. И если боль внутри настоящая, значит ли это, что он перестал быть вещью? Или просто сломался по-другому?