Пение словно мильфей

После уроков коридор возле актового зала пустеет, и только из-за одной двери доносится странное. Никаких гитар, никаких барабанов. Просто несколько голосов, которые вплетаются друг в друга, расслаиваются и снова сходятся. Ута Комаки проходит мимо и замирает. Ей бы давно уйти домой, но ноги не слушаются. Она первокурсница и вроде бы хочет обычной школьной жизни, а получается у неё одно: стоять в стороне и смотреть.

Вообще-то она мечтала о клубе лёгкой музыки. Ходила туда неделю за неделей, мялась у входа, слышала, как ребята шутят и настраивают инструменты, и разворачивалась обратно. Голос у неё есть, имя обязывает. Вот только между этим голосом и чужими ушами выросла стена, и Ута сама её построила. А потом её перехватила Айри Кодзё, президент клуба акапеллы, и позвала просто посидеть на репетиции. Без обязательств, без прослушивания. Просто послушать.

И Ута пропала. Девчонки поют без единого инструмента, и от этого никуда не спрятаться: слышно каждое дыхание, каждую запинку. Голоса наслаиваются, как коржи в мильфей, и держатся друг за друга. Только вот беда: Ута привыкла петь в одиночку, прячась за собственным звуком. А здесь надо слушать, подхватывать, уступать. Сумеет ли она перестать солировать в тишине и впустить чужой ритм в свою голову?