Всё, что нужно этой звезде

В мастерской Джея пахнет канифолью и пылью. Он возится с чьим-то сломанным кассетником, а вокруг гудят лампы и валяется проводов больше, чем мебели. Сюда приходит Нанъён. Не за ремонтом, а с коробкой, где лежит мамин проигрыватель. Тяжёлый, поцарапанный, молчит уже много лет. Женщина давно подала документы в отряд, готовится к перелёту, а вещь всё равно таскает с собой. Сентиментальность? Скорее упрямство. Она уверена: внутри спрятано что-то важное.

Джей вскрывает корпус и замирает. Среди плат, оплавленных дорожек и чужой пыли он находит запись. Голос. Свой. Только звучит он так, будто сделан на орбите. Там, где Джей не был ни разу. Музыкант не верит ушам, молчит, а потом врёт, что это чей-то монтаж. Нанъён делает вид, что верит. Оба держат лицо, хотя внутри всё переворачивается. У неё свой интерес: она летит к Марсу не за открытиями. Там осталась мама. Точнее, то, что от неё осталось. А у Джея теперь одна зацепка к самому себе. Если Нанъён улетит, он останется с пустыми руками.

Он просит её остаться. Она просит его не мешать. Никто не уступает, и оба понимают, что виноваты. Ведь пластинка до сих пор не доиграна до конца. Что же там, на последней дорожке, чего они так боятся?