Соседнему королевству продали святую, помолвку которой разорвали из-за того, что она стала слишком совершенной

В Парнакорте пахнет солью и нагретым камнем. Ветры с моря тащат пыль по мощёным улицам, а местные не прячут глаза, когда мимо идёт чужачка в белом. Филия привыкла к другому: в родном королевстве при её появлении замолкали, будто она уже кого-то убила. Здесь её зовут по имени. Не «святая», не «оружие», просто Филия. И это сбивает сильнее любого проклятия.

Дома её считали сломанной. Слишком быстрая, слишком ровная, слишком. Принц Юлий бросил ей в лицо, что рядом с ней невозможно жить, и увёл младшую сестру, ту, что умеет краснеть и хихикать в ладошку. А потом Филию отправили за море как товар. Она не спорила. Привыкла. Но в Парнакорте никто не требует, чтобы она улыбалась ради приличия. Ей просто дают комнату, работу и время помолчать.

Вот только научиться быть человеком, когда всю жизнь была инструментом, это не про подвиги. Это про мелочи: принять еду без благодарности, ответить грубо и не извиниться, заплакать при ком-то. Получится ли у неё хоть раз сделать что-то неидеально и остаться при этом нужной?