За кулисами старого концертного зала пахнет пылью и лаком для волос. Продюсер снова собирает Lemon Angel, хотя от прошлого состава остались только слухи и пара выцветших афиш. Девчонки приходят на прослушивание, трясутся перед камерой, репетируют до мозолей. Среди них Томо Минагути. Поёт она средне, держится скромно, но слишком уж пристально разглядывает закулисье, будто ищет что-то конкретное.

А потом выясняется: она знает о первом составе то, чего не должна. За стенкой кто-то шепчется, пропадают документы, кто-то из организаторов явно нервничает, когда Томо задаёт неудобные вопросы. Девушке приходится одновременно тянуть вокальную партию, терпеть чужие амбиции и не спалиться. Сцена манит, но за ней прячется чужая тайна, и Томо лезет в неё, хотя могла бы просто петь.

Тут не борьба таланта с бездарностью. Тут борьба желания выйти на сцену с тем, что сцена может тебя перемолоть. Каждый прогон, каждый отбор приближает дебют. И что-то ещё. Зачем она вообще пришла на этот кастинг, если так боится софитов?