Пинок в сердце

Заходишь в этот зал, и сразу бьёт в нос запах пота и дешёвого талька. Трибуны орут, прожектор слепит, на ринге двое сцепились так, что трещат кости. Ромео тут свой, публика его любит, он валит соперников играючи. А потом в первых рядах мелькает скромная фигура в чёрном одеянии. Монахиня. Сидит тихо, смотрит внимательно. И здоровяк сдувается прямо на глазах, пропускает удар, второй. Тренер орёт, зал свистит, а он всё косится в сторону скромницы.

Фокус в том, что сестра Джульетта не только молится. Вечером она снимает рясу и выходит на другой ринг, где дерутся в луче либре. Там свои правила, свои маски, и бьют там по-настоящему. Так что когда эти двое наконец сталкиваются лицом к лицу в бою, ни один не знает, кто перед ним. Кулаки летят, захваты, броски, а между ними проскакивает искра. Оба чувствуют: что-то не так. Слишком знакомый взгляд, слишком узнаваемая манера двигаться. Секрет висит в воздухе, как потолочный прожектор, и одна ошибка сорвёт всё.

Ромео тоже не святой, у него своих скелетов хватает. И вот вопрос не в том, кто кого уложит на лопатки. Как признаться человеку, что ты совсем не тот, кем прикидываешься? И что страшнее: потерять маску или потерять того, кто тебе дорог? А если оба решат открыться в один момент, что тогда?