Ветер с моря тащит соль и ржавчину. Порт Мияги, времянка с тонкими стенами, чайник на общей кухне. Тринадцатилетняя Хина после школы хватает сумку с коньками и уходит на каток. Там холод, гул раздевалки, лезвия царапают лёд. Восемь лет назад волна снесла их дом вместе с матерью. Отец работает молча, соседи по бараку тоже молчат, а Хина катается.

И вот что странно. Она не старается выкинуть прошлое из головы. Наоборот, бережёт, как осколки. Мать когда-то держала её за руки на этом же льду, поправляла спину перед прыжком. Теперь Хина повторяет движения за ней, падает, встаёт, снова падает. Синяки на коленках, лёд в ладонях. Соседские ребята давно перестали вспоминать тот день, взрослые отводят взгляд. А Хина будто спорит с их тишиной.

Тут и начинается самое интересное. Девочка выходит на тренировку не против соперниц. Она выходит против вопроса, который сама себе боится задать: она катается ради мамы или всё-таки ради себя? Отец однажды скажет ей что-то, после чего сумку с коньками захочется бросить в угол. Что именно он скажет?