Давайте тоже слепим кружку

Городок Тадзими знаменит не храмами и не сакурой, а печами для обжига. Дым из труб, глина под ногтями, полки, заставленные кривобокими чашками. Сюда Химэно привозит отец, только что хлопнувший дверью офиса, и селится в доме, где каждая вещь будто помнит других хозяев. Университет, куда она поступает, тоже не чужой: здесь когда-то училась её мама, умершая, когда Химэно была совсем мелкой.

Одногруппница Мика тащит её не в кафе, а в подвал с гончарным кругом. И там всплывает то, о чём дома молчали годами: мама Химэно была здешней звездой, её работы стоят на видном месте, о ней говорят с придыханием. Осознавать это до жути неуютно. Каждый комок глины норовит развалиться под пальцами, стенки кружки кособочатся, а рядом на стеллаже красуется идеальная чашка, к которой даже подходить страшно.

Кружок становится местом, где надо не догонять мамину славу, а просто лепить своё. Получается плохо. Получается снова и снова. Но что если однажды из-под рук выйдет вещь, которую захочется оставить себе, а не спрятать подальше от чужих глаз?