Баракамон

Остров маленький, автобус ходит два раза в день, а местные запросто заходят в чужой дом без стука, будто так и принято. Сэйшу приехал сюда не отдыхать: в Токио он влепил по лицу пожилому каллиграфу, который разнёс его работу в пух и прах, и теперь отбывает наказание среди полей, цикад и тракторов под окнами. Городской пижон, привыкший к тишине и порядку, получает дом с скрипучими полами, жуками и соседями, которые тащат ему редиску и советы.

А потом появляется Нару. Семилетняя девочка без комплексов объявляет его жилище своим штабом и приводит туда всю ораву. Бегает по коридорам, орёт, суёт нос в тушь. Сэйшу злится, орёт в ответ, прячется за стопкой бумаги. Только вот бесит его не шум. Он застрял. Кисть выводит правильные, вылизанные иероглифы, в которых нет ни капли жизни, и он сам это прекрасно понимает. Каждый визит Нару, каждая выходка соседей выбивают его из колеи, и именно в этом хаосе он вдруг начинает замечать собственный почерк.

Сможет ли он написать иероглиф, за который не стыдно, или сбежит обратно в Токио, где всё понятно и предсказуемо? И что страшнее: проиграть конкурс или остаться тем, кем он был до острова?