Асагаи, тихий городишко, где по утрам пахнет рыбой и нагретым асфальтом. Акира Кайбуки носится по его улочкам с таким видом, будто весь мир ему что-то должен. Голос громкий, характер скверный, зато руки сами тянутся в драку, когда рядом что-то идёт не так. А не так идёт многое. Из щелей реальности лезут «тексты»: куски смысла, которые оторвались от вещей и теперь живут сами по себе, коверкая всё вокруг. Против них не помогает ни кулак, ни пушка. Работает только одно: умение связать людей друг с другом. Звучит почти по-домашнему, пока не увидишь, в какую махину это умение разворачивается.

Потом оказывается, что вся эта возня с беглыми символами лишь верхушка. Тысячи лет назад голос был законом: назвал вещь, и она такая есть. Потом люди придумали буквы, и между словом и правдой проросла прослойка. Она росла, крепла, а теперь трещит. Акира лезет в самое пекло, хотя сам ещё не решил, чью сторону держать. Его самоуверенность натыкается на чужие обиды и старые счёты, где никто не хочет уступать.

И вот вопрос, который не даёт покоя до самого конца: что вообще считать настоящим, если сказанное и записанное давно разошлись в разные стороны?