Аниме в жанре «Исторический» — страница 87

Япония, эпоха Тэнсё. Дым от горящих деревень стоит столбом, а по разбитым дорогам бродит существо, которому здесь быть не полагалось. Доки Курояся, демон Черной Ночи, вырвался из преисподней. Не для того чтобы жечь города, мелочь. Он пришел за кровью конкретного человека и всего его рода. Кабуто вырос с этим грузом на плечах. Пять веков назад его предок влез в драку с нечистью и остался жив. Богиня Севера, Юга, Запада, Востока тогда подставили плечо, но у любой божественной помощи есть цена. Теп…

Крепость трещит по швам, тибетцы подступают к стенам, а внизу, в душном помещении, седой военачальник Гао Ши коротает часы до схватки. Напротив него сидит евнух-надзиратель. Трясётся, потеет, явно не воин. И тогда старик начинает говорить. Про Ли Бая. Про то, как они пили, ссорились, мирились. Про стихи, которые тот писал прямо в таверне, забыв про службу. Стоп. Зачем перед лицом смерти вспоминать гуляку-поэта? Сначала кажется: ностальгия, старческое. Потом замечаешь странности. Слишком уж точно…

Киото эпохи Мэйдзи пахнет лакированным деревом и дымом. За стенами особняка Киригая тихо, чинно, а Сатоко учится жить с мыслью, что жить осталось немного. Врачи молчат, отец делает вид, что всё обойдётся. Она не спорит, просто хочет успеть его отблагодарить. Как? Сосватать себя замуж за приличного человека, чтобы старик выдохнул напоследок. Приличного, ага. Знакомство выходит случайным, и вместо сына почтенного рода рядом оказывается Симпэй Гото: без роду, без племени, с ножом и звериной хваткой…

Конец эпохи Эдо. Городок, где фонари зажигают вручную, а по улицам ходят самураи с двумя мечами. Именно сюда, в самую гущу событий, переносит пятерых школьниц древний камень Ходзе. Прежний Тэннио погиб, и теперь небесными девами становятся обычные девчонки. Казалось бы, бери силы и круши зло. Но демоны-братья атакуют не когтями, а словом. И чтобы дать отпор, нужно овладеть ракуго. Тут на сцену выходит Утамару, мастер комического рассказа. Он берётся выдрессировать Юи, самую беспечную из всех. Де…

Париж 1900-х пахнет мокрым камнем и углём. Две японки выходят на перрон, и у каждой в багаже только кисть или пуанты, зато дома, в Токио, им давно расписали биографию. Фудзико должна стать женой и хранительницей очага, а тайком возит с собой краски. Тидзуру из самурайского рода, ей пророчат семейное дело, но её тянет к балетной палке. Обе сбежали. Обе почти не говорят по-французски. И вот совпадение, в которое трудно поверить: они уже встречались. Много лет назад, детьми, в Йокогаме. Та короткая…

Кровь на траве ещё не успела высохнуть, а Юю уже стоял среди тел сородичей. Хилый парень из племени асуров, который и кулак толком сжать не мог, вдруг разнёс чужаков голыми руками. Только выдохнуть не дали: из тени вылез собственный предок Ляоцзи, вырубил внука и уволок к себе, будто мешок с рисом. Дальше началось то, что врагу не пожелаешь. Пять чувств Бога войны, каждое вырывается через мясо и кости, через крик и пот. Юю терпел, стиснув зубы, пока не встретил Шию, друга детства. Живого. Вот то…

Тропический остров, пальмы, белый песок. Только вместо отпуска тут окопы, вонь разлагающихся тел и постоянный гул канонады с моря. Хитоси мечтал рисовать комиксы, но попал в список призывников и оказался на Пелелиу. Гарнизон из десяти тысяч японцев ждёт десанта американцев, у которых людей в четыре раза больше и техника, которой у японцев просто нет. Поначалу Хитоси ещё надеется на чудо. Может, флот придёт на помощь, может, приказ отменят. Но дни идут, связь молчит, а вместо подкрепления приходя…

Пыльные степи на границе империи, гарнизонные городки, где вода дороже вина. Гэ Не держится особняком, никого не подпускает близко. Тяньмин смотрит на тот же мир совсем иначе. До Хуаньян Чуана, где они вдвоём встанут против трёх сотен, ещё далеко, и встреча их начинается не с рукопожатия, а с косых взглядов и взаимного недоверия. Потом в их дела вклинивается девушка с Запада. У неё свои счёты с этими землями, и прошлое, которое лучше не ворошить. С этого момента всё идёт кувырком: союзники меняю…