Аниме в жанре «Сёнен» — страница 74

Особняк Санзэнин стоит посреди огромного парка, где даже садовники ходят на цыпочках. Внутри тишина, дорогая мебель и девочка лет тринадцати, которая целыми днями режется в игры и почти не выходит из комнаты. Наги привыкла, что весь мир крутится вокруг её капризов, и слуг она воспринимает как мебель. Только вот счета семьи давно трещат по швам, а наследницу то и дело пытаются украсть. Однажды её спасает парень, который сам собирался её похитить ради выкупа. Долг в сто пятьдесят миллионов йен вис…

Парк развлечений гудит, переливается огнями, и среди всей этой суеты снуют школьники. Нисиката идёт настороженно: в кармане у него созрел очередной план мести. Сколько раз он попадался на удочку Такаги? Сбился со счёта. Но сегодня всё иначе, вокруг полно народу, аттракционы отвлекают, можно наконец застать её врасплох. Только Такаги не даёт ни единого шанса. Она улыбается, подходит первой и говорит что-то настолько простое, что заготовленная ловушка рассыпается сама собой. Нисиката краснеет, зли…

За околицей деревни начинается лес, и в нём живут существа, к которым лучше не приближаться. Одно прикосновение, и человека навсегда отметит проклятие. Люди это знают, поэтому сидят по домам, а за забор не суются. В такой вот глуши коротают дни двое: девочка Шива и её опекун, которого она называет Доктором. Он строго настрого запрещает ей выходить наружу, и поначалу кажется, что старик просто трясётся над ребёнком. Но запрет звучит слишком уж жёстко. И глаза у него при этом слишком уж виноватые.…

Весенний турнир отгремел, а в зале всё ещё пахнет потом и резиной от мячей. Камера здесь не следит за подачами. Она смотрит в лица. Игроки садятся напротив микрофона и вспоминают матчи, которые уже сыграны. Кто-то говорит о приёме, который развалился в самый нужный момент, кто-то усмехается над своим же провальным блоком. Между разговорами вставлены куски тех самых игр. Обычные подростки, уставшие и злые на себя. Что тянет их обратно к сетке после каждого проигранного мяча?

Кабуки-тё замер в тревожном ожидании. Улицы патрулируют отряды, торговцы попрятали товар, а Хасэгава носится по крышам и прикрывает тех, кто не успел убраться с дороги. Где-то высоко над планетой, в корабле, формой напоминающем спелый банан, Кондо репетирует речь. Ту самую, которую он готовит годами. Смешно? Да. Но почему-то от этого зрелища ком подступает к горлу. А Гинтоки пропал. Не отвечает, не появляется, шляется по своим делам, будто ему нет никакого дела до надвигающейся мясорубки. Друзья…

За окнами токийской квартиры шумно, а в комнате Сэцу тихо. Сямисэн стоит в углу, и трогать его не хочется. Ещё недавно звук этого инструмента был для парня всем: дед играл так, что струны будто разговаривали, а внук сидел рядом и запоминал каждое движение. Теперь деда нет. Нет и желания играть. Сэцу бросает школу и уезжает в город, где просто слоняется без цели, пока мать не берёт ситуацию в свои руки. Она возвращает его за парту, а там, куда ни глянь, сямисэн снова лезет в жизнь. Оказалось, в ш…

Ветки сакуры, пепел деревень и вечный закат над дорогой. Отряд идёт по землям, где каждый куст может обернуться ловушкой, а воздух пропитан ненавистью. Нараку почти прижат. Почти. Он снова выскальзывает, оставляя за собой изуродованные тела и детей без родителей, и это повторяется так долго, что все уже устали считать потери. Кагомэ смотрит на спину Инуяси и молчит, потому что знает: одним ударом тут ничего не решить. А потом выясняется неприятное. Паук не единственный, кто держит нити. За его с…

Школьный коридор, гул голосов, обычная суета между уроками. Только для Митиру Кита это место давно превратилось в выставку чужих сроков: на шее каждого прохожего висит кольцо, и по его оттенку девчонка безошибочно читает, кому сколько осталось. У большинства метки бледные, едва заметные. А вот у двух парней из её класса они угольно чёрные, будто кто-то обвёл шею тушью. Она кинулась предупредить, а в ответ услышала спокойное: мы это знаем, мы уже мертвы. Тика и Сито числятся в конторе с вывеской…