Амон: Апокалипсис Человека-дьявола

Город сходит с ума. Не метафорически, а в самом прямом смысле: сосед перестаёт здороваться, потому что подозревает в тебе демона, а продавщица в ларьке прячет нож под прилавком. Токио захлёбывается слухами о тварях, которые носят человеческие лица, и эта паранойя убивает людей быстрее, чем сами монстры. В этой давящей тишине, где каждый шорох за спиной кажется чужим дыханием, Акира теряет последнее, что держало его на поверхности. Одна личная катастрофа, и парень ломается.

А потом из глубины его сознания поднимается Амон. Древний, злой, чужой. Он не разбирает, кто перед ним: демон, человек, ребёнок. Просто идёт по улицам и оставляет за собой то, что раньше было людьми. Самое жуткое здесь даже не резня, а то, что Акира всё это видит. Чувствует металлический привкус крови на языке, слышит хруст костей. И не может шевельнуть пальцем. Он заперт в собственном теле, как в комнате с выбитым окном, а снаружи буйствует нечто, что носит его имя.

Вопрос не в том, победит ли Амон в драке с другими монстрами. Вопрос в том, кто из них двоих останется в этом теле, когда всё закончится. Человек, который смотрит на свои руки и не узнаёт их. Или дьявол, которому эти руки очень нравятся. Сколько ещё продержится сознание Акиры, прежде чем окончательно растворится в чужой ярости?